3 декабря 2016 07:36
USD 64,15   EUR 68,47
26 февраля 2010 1593

Под грифом "секретно"

Под грифом "секретно"
В конце прошлого года в Смоленской области создана общественная организация ветеранов подразделений особого риска. Люди, прошедшие полигоны ядерных испытаний, только в 92-м году получили официальный статус, долгое время они жили под подпиской о неразглашении мест службы, одновременно не получая никакой компенсации за потерянное здоровье. Что же это за зона риска? Наш собеседник – ветеран этого подразделения Анатолий КОРОВЧЕНКО.

- Анатолий Егорович, на сайтах общественных организаций, объединивших ветеранов подразделений особого риска в различных городах, очень много негативных высказываний по поводу такого длительного забвения со стороны государства в адрес людей, положивших своё здоровье на полигонах Семипалатинска, Новой Земли, Капустина Яра.
- Первыми признали необходимость оказания социальной помощи ликвидаторам Чернобыля. О нас вспомнили только в 90-х. Лично я служил на полигоне в Семипалатинске в 1962-64 годах. Кроме того, мы давали подписку на 25 лет, что не будем говорить, где были и что видели. Объект был настолько засекречен, что и адрес у него был Москва-400. Теперь фактически невозможно доказать по законодательству, что мы пострадали от радиации, что наши заболевания напрямую связаны с полученной дозой облучения.
- Для вас это были годы службы в армии. Но сразу ли поняли, что попали на засекреченный объект?
- Да нет, нас с Урала привезли целый эшелон, около тысячи человек. Куда едем, никто никому не объяснял. Часть наша именовалась общевойсковой, пехота, одним словом. Самое интересное, что относились мы к Московскому военному округу, рядом с нами служил стройбат – они относились к Туркменскому военному округу. У них была форма именно для южных войск, а у нас – как в средней полосе: и мы в жару ходили в сапогах, наглухо застёгнутых гимнастёрках. Кстати, родственники многих солдат, не предполагая, что Москва-400 находится в Казахстане, приезжали в Подмосковье искать эту часть, чтобы повидаться. За нами, конечно, "присматривали", письма читали. Об этом мы узнали, когда один мой хороший друг в своём письме домой в чёрных красках расписал все тяготы службы, а вскоре его вызвали в особый отдел и таких "чертей" там дали, что он долго корил себя за бездумный поступок.
- Наверное, тогда при минимуме знаний плохо себе представляли, что такое радиация и как она аукнется потом?
- Представьте себе идеальную погоду: солнышко светит, птички поют, благоухает природа, и ты не чувствуешь явного вмешательства в свой организм. Единственная наша защита была – "лепесток", который выдают малярам для покраски. Не все понимали, что одевать его надо обязательно. Я пошёл в армию немного старше других, потому сам не снимал средство защиты и сослуживцам советовал то же самое. Если заражённая пыльца попадала вовнутрь, последствия были явные.
- Сегодня многие данные по Семипалатинскому ядерному полигону рассекречены. О масштабе этого испытательного полигона говорит тот факт, что с 1949 по 1989 годы здесь было произведено не менее 468 ядерных испытаний, из которых 125 атмосферных и 343 испытания ядерных взрывов под землей. Если отвлечься от темы экологии, то можно сказать, что вы присутствовали при проведении серьёзных научных испытаний. Кстати, последние данные так и остаются под грифом "секретно".
- Да, в испытаниях были задействованы фактически все научно-исследовательские институты, работающие над этой тематикой. Вся профессура присутствовала при проведении взрывов. За неделю до этого на площадке строились катакомбы, устанавливались регистрирующие датчики. Наша задача – вырыть траншеи, от датчиков связь провести в шахты, потом засыпать. На следующий день после взрыва мы возвращались на объект. Перед нами шли дозиметристы, выставляли знаки степени заражённости. Нам выдавали счётчики Гейгера, а когда возвращались из заражённой зоны, у нас их забирали. Если норма была превышена, солдата отправляли в гарнизон, если очень превышена – на лечение. Вообще, по молодости на многие вещи не обращаешь внимания. Лет через пять после армии начались проблемы с суставами.
- Анатолий Егорович, картина ядерного взрыва впечатляет, даже когда наблюдаешь её по телевизору. Что чувствовали вы там, находясь в непосредственной близости к месту событий?
- Желание увидеть всё своими глазами превышало понимание всех необходимых ограничений. Весь личный состав укладывали в лощину, стоял динамик, который оповещал, через сколько времени произойдёт взрыв. Они были двух типов - бомбу либо сбрасывали с самолёта, либо ставили на растяжках на площадке. Самолётов обычно появлялось два, кто из них сбрасывал настоящую бомбу, а кто болванку, лётчики не знали. Картина появления ядерного "гриба" очень впечатляюща. Потом идёт ударная волна, очень мощная. Перед взрывом в казармах открывались окна и двери, иначе всё выбивалось, хотя расстояние от места взрыва было приличным. Мощь страшенная! Кстати, во время взрывов проводили испытания над животными, оставляя у техники привязанных овец или собак. Видеть, что произошло с живыми организмами после взрыва, - очень неприятная картина.
- Наверное, только соприкоснувшись так близко с понятием "взрыв атомной бомбы", можно до конца осознать, насколько страшным и опасным оружием овладело человечество.
- Даже всерьёз принимать разговоры о применении ядерного оружия трудно. Иметь его в арсенале можно для того, чтобы показать, что мы тоже сильные, то есть для равновесия сил. Мне кажется, что, находясь в здравом уме, человек никогда не даст приказ о применении ядерного оружия.
- Вы действительно выполнили все требования подписанных бумаг о неразглашении секретов воинской службы?
- Да, я ничего не рассказывал своим родственникам. Мы выполняли поставленные задачи. Дали команду – поехали, не чувствуя в этом геройства.
- А с годами пришло осознание того, что, пользуясь неведением людей, государство использовало их, не приняв адекватных мер для восстановления подорванного радиацией здоровья?
- Именно это и угнетает больше всего. Если бы сразу некоторые вещи были запрограммированы в плане социальных гарантий, определённого лечения, сегодня не приходилось бы столько сил тратить на поддержание здоровья. Несмотря на принятое на уровне закона решение о разработке специальной медицинской программы для восстановления здоровья ветеранов подразделений зоны особого риска, оно и теперь остаётся только на бумаге. Правда, с 1995 года в Петербурге существует госпиталь для ветеранов подразделений особого риска. Я трижды проходил там лечение. Большинство, кто приезжает в госпиталь, преследует цель установить факт потери здоровья от радиоактивного облучения. Лично мне в этом направлении, как говорится, ничего не светит, поскольку нет документального подтверждения, что после армии я по причинам облучения обращался в медицинские учреждения. Так что приходилось проходить общий курс лечения.
Помимо прочего, 122-й закон льготы как чернобыльцев, так и ветеранов нашего подразделения значительно урезал. Социальные вы¬платы никак не компенсируют те льготы, которые мы имели когда-то. Санаторно-курортное лечение было обязательным. Да и перечень лекарств, признанных льготными, можно назвать убогим.
- Другими словами, признав существование категории граждан, потерявших своё здоровье от радиационного облучения, государство так и не смогло определиться со степенью своей ответственности. Тем не менее, Анатолий Егорович, вы всю свою жизнь выполняли поручения партии на самых ответственных постах.
- У меня действительно насыщенная биография. После армии через некоторое время по семейным обстоятельствам переехал в Киргизию, где отработал десять лет, начиная с начальника цеха, затем работал заведующим промышленным отделом горкома партии. Когда многие сослуживцы начали переезжать в Россию, уехал в Гагарин. Там, работая в горкоме партии, сразу же окунулся в работу Всесоюзного строительного отряда. Как куратор деятельности стройотрядов в Гагарине общался со многими столичными работниками ЦК, министрами. В Гагарине познакомился со многими знаменитыми артистами, писателями. Это была яркая, интересная страница биографии. Первым секретарём горкома партии в Ярцево я был назначен по решению руководителя обкома партии
И.Е. Клименко, поскольку был по специальности металлург, а в те годы в Ярцеве строился металлургический гигант. Затем с нуля пришлось организовывать работу отделения Пенсионного фонда, где проработал руководителем 15 лет.
- Когда человек настроен на позитив, всё в его жизни складывается по-другому. Сегодня глупо спрашивать, что изменили бы в своей жизни, если бы была такая возможность. Кто-то всегда рискует собой ради благополучия других. Остаётся пожелать как можно больше физических и моральных сил на долгие годы!

Татьяна РАЙХЛИНА

Опубликовано в "СГ" 27 февраля 2010 г. №21(596)
Новости по теме
Риск ценою в жизнь
23 декабря 2009 2649
Создано Смоленское областное отделение государственно-общественной организации \"Комитет ветеранов подразделений особого риска Российской Федерации\"
«Семипалатинцы» в Смоленске почтили память пострадавших
30 августа 2012 1304
Сильвестта Максимовна Худолеева ежегодно 29 августа, во всемирный День отказа от ядерного оружия, приходит к мемориальному знаку памяти смолян, пострадавших в радиационных авариях и катастрофах. Она не понаслышке знает, что такое ядерные взрывы. В 50-е годы она с мужем-военнослужащим и двумя сыновьями жила в Семипалатинске
Чернобыльская трагедия. Когда забыть невозможно...
19 апреля 2011 3280
Как это ни странно звучит, но и у трагедии бывает юбилей. 25 лет прошло после аварии на Чернобыльской АЭС. Достаточно времени, чтобы осознать, что произошло в роковой день 26 апреля. И больше других на своём собственном здоровье это поняли люди, побывавшие в зоне отчуждения...
Доказывая очевидное
03 сентября 2009 2434
Исполнилось 60 лет с начала ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне В Смоленске, у памятника пострадавшим от радиации, состоялся митинг. На него собрались люди, не понаслышке знающие, что такое ядерные испытания на Семипалатинском полигоне. На этом мероприятии присутствовали глава города Смоленска Эдуард Качановский, руководитель аппарата Уполномоченного по правам человека в Смоленской области Вячеслав Ямпольский, депутат областной Думы Лев Платонов, депутат горсовета Виталий Вовченко, представители областной Администрации. Все присутствующие почтили память тех, кто погиб от последствий ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне, минутой молчания.
Броня крепка
30 апреля 2010 1617
С момента своего появления на полях сражений Первой мировой войны и до принятия на вооружение ракетно-ядерного оружия танки были основной ударной силой любой армии. Боевые действия Великой Отечественной войны не исключение. На её фронтах почти во всех операциях танковые соединения и части всегда играли решающую роль.
04 июня 2010 1396
В среду смоленский "Днепр" потерпел поражение со счётом 0:1 в Костроме от местного "Спартака". Хозяева забили гол на 14-й минуте после розыгрыша углового (Кузьмичёв).
"));