6 декабря 2016 22:48
USD 63,87   EUR 68,69
21 сентября 2011 4238

Сентябрь 41-го. Ельня. Первая победа (окончание)

Сентябрь 41-го. Ельня.  Первая победа (окончание)

Начало - здесь >>>

Прибыв поздно вечером в штаб 24-й армии в село Волочёк, генерал армии Жуков вместе с генерал-майором Ракутиным, членом военного совета армии дивизионным комиссаром Ивановым и командующим артиллерией фронта генерал-майором Говоровым на следующий день утром выехал под Ельню на рекогносцировку. Затем обстановка детально обсуждалась на командном пункте армии при участии командиров дивизий.
— Говорите, несколько продвинулись вперёд? — Жуков оторвал взгляд от карты, строго посмотрел на генерал-майора Руссиянова. — А что мешает развить наступление в направлении Смоленска?
— Товарищ командующий фронтом, ценой больших потерь 100-я стрелковая дивизия освободила и удерживает населённые пункты Ушаково и Быково, являющиеся ключевыми на подступах к Ельне. Ушаково уже шесть раз переходило из рук в руки. И сейчас левый фланг дивизии ведёт бои с противником, который стремится любой ценой вернуть утраченные позиции.
Генерал армии Жуков знал генерал-майора Руссиянова давно. Ещё в тридцать третьем они вместе служили в Белоруссии, в Слуцке. Уже тогда он имел чин полковника, командовал передовым полком. Потом его часть воевала с белофиннами и отличилась. Он был удостоен звания «генерал-майор» и назначен командиром 100-й стрелковой дивизии. Там, на Карельском перешейке, вновь встретились генералы Жуков и Руссиянов. И вот теперь новая встреча под Ельней в годину труднейших испытаний и потерь для нашего народа и страны.
— А я получил приказ Ставки наступать на Ельню, Иван Никитович, во что бы то ни стало и разгромить противостоящую группировку генерала Гудериана, — продолжая в упор глядеть на комдива 100-й орденоносной, категорично произнёс Жуков.
— Чтобы справиться с такой задачей, дивизию необходимо подкрепить людьми, обеспечить оружием и боеприпасами. В ротах осталось по пятнадцать-двадцать человек, на бойца приходится по обойме патронов, на орудие — по два снаряда, товарищ генерал армии.
Заслушав затем доклады и других командиров соединений, генерал армии Жуков кратко подвёл итоги совещания:
— Перед войсками Резервного фронта поставлена задача подготовиться и перейти в решительное контрнаступление с целью разгрома противника в районе Ельни. Нам приказано овладеть городом и ликвидировать Ельнинский выступ. Выполнить эту задачу предстоит в основном войскам 24-й армии. Но присутствующие здесь знают: враг хорошо, с использованием инженерных средств организовал оборону и намерен драться.
Ответив на вопросы командиров соединений и тут же отпустив их по местам, генерал армии Жуков ещё некоторое время оставался на командном пункте 24-й армии. Перед отъездом в штаб фронта член военного совета армии Иванов представил ему секретаря Ельнинского райкома партии Валуева. Познакомились. Командующий фронтом спросил:
— Как население района помогает Красной Армии драться с фашистами?
— Помогаем, Георгий Константинович, — с достоинством ответил Валуев. —Мобилизовано пять тысяч лошадей с повозками, шестьдесят тракторов и двести семьдесят автомашин. Фонд обороны усиленно пополняется продуктами питания и фуражом. Для борьбы с вражескими диверсантами создан особый истребительный отряд. Только в июле с помощью молодёжи из Москвы, Брянской и Калининской областей выкопано пятьдесят семь километров противотанковых рвов. Подготовлены три взлётно-посадочные площадки. Население района круглосуточно убирает хороший урожай зерновых.
— Но теперь перед нами стоит другая задача, — лицо Жукова снова стало серьёзным. — Вчера я был у товарища Сталина. Так вот, Ставка Верховного Главнокомандования обязала войска генерала Ракутина освободить Ельню от захватчиков.
— Какая помощь требуется от нас, Георгий Константинович?
— Большая. Прежде всего это касается разведки. Нас интересуют не только силы противника, но и дислокация его основных средств на Ельнинском выступе. Организуйте сбор этих сведений силами местных жителей. Вам по силам такая задача, Яков Петрович?
— К её выполнению мы приступим немедленно, Георгий Константинович, но у нас есть к вам большая просьба. По заданию обкома партии мы продолжаем формирование партизанского отряда и испытываем большую нужду в оружии и боеприпасах.
— А трофейное оружие партизан устроит?
— Конечно, устроит!
— Тогда поможем, Яков Петрович.
Ельнинская операция готовилась долго и в сложных условиях. Понимая, что войска Резервного фронта готовятся к наступлению, командир 20-го армейского корпуса генерал Матерна по приказу генерала Гудериана почти ежедневно атаковал наши позиции то на северном обводе выступа, то на южном. Особенно упорные схватки разгорелись на стыке 100-й и 103-й дивизий у деревни Ушаково. Чтобы сдержать нарастающий натиск врага, командир 103-й мотострелковой дивизии генерал-майор Биричев расформировал свой танковый полк, а оставшиеся без горючего машины приказал закопать в землю, превратив их в опорные огневые бронеточки. И успешно отстоял обороняемый участок.
Утром 8 августа перешла в наступление 107-я стрелковая дивизия полковника Миронова, только что прибывшая из Сибири. Дивизия смогла продвинуться вперёд лишь на семь-девять километров. Противник бросил против сибиряков танки и артиллерию. То и дело в воздухе появлялись штурмовики. На пути 107-й дивизии встал и полк «Фюрер» из отборной дивизии СС «Райх».
План ликвидации Ельнинского выступа, разработанный штабом Резервного фронта, был логичен и прост. Операция на окружение врага предусматривала одновременный встречный удар глубиной до десяти километров северной и южной группировок. Активные сковывающие действия по гребню осуществляли стрелковые дивизии: 19-я — генерал-майора Котельникова и 309-я — полковника Ильянцева. Решающая роль в операции отводилась северной ударной группировке в составе 100-й, 102-й и 107-й стрелковых дивизий, имеющей свыше четырёхсот орудий и миномётов. Здесь, на острие главного удара, как и обещал генерал-майору Руссиянову командующий фронтом Жуков, действовали две батареи «эрэсов».
Южная группировка в составе двух дивизий, 106-й механизированной полковника Первушина и 303-й стрелковой полковника Руднева, получила для усиления лишь сто орудий и миномётов. Она имела также одну батарею «эрэсов». При этом 100-я, 106-я и 107-я дивизии, замкнув кольцо окружения, образовывали внутренний фронт, а 102-я и 303-я дивизии — внешний.
Однако на пути реализации чётко разработанного плана имелись и немалые трудности. Фактически у 24-й армии было полуторное превосходство в артиллерии и миномётах, но она сильно уступала противнику в людях, танках и авиаподдержке. Командующий фронтом Жуков точно рассчитал начало контрудара. Было учтено, что основные силы 2-й танковой группы, наступающие на юго-восток, всецело поглощены борьбой против войск Центрального и Брянского фронтов. Поэтому даже в момент кризиса под Ельней генерал Гудериан никак не сможет усилить 4-ю армию фельдмаршала фон Клюге на Ельнинском выступе.
На рассвете 30 августа артиллерийская канонада свыше восьмисот орудий и трёх батарей «эрэсов» разорвала плотный утренний туман над перелесками вокруг Ельни. Взлетели в воздух перекрытия дотов, наблюдательных и командных пунктов, проволочные заграждения. Оглушённые огненным смерчем, заметались в панике немецкие солдаты. Когда артиллерийский вал переместился в глубину вражеской обороны, поднялась в атаку наша пехота. Ожили уцелевшие пулемётные точки противника. Их сразу же накрывали гранатомётчики. Отчаянно сражались с врагом политбойцы Московского и Ленинградского коммунистических батальонов, смоленские «окруженцы». В первой шеренге рядом с ними во весь рост шёл в атаку бесстрашный комдив 100-й орденоносной стрелковой дивизии генерал-майор Руссиянов.
Кольцо окружения, в котором вот-вот должен был оказаться армейский корпус генерала Матерны, другие соединения 4-й армии и 2-й танковой группы, начало постепенно сужаться. Фельдмаршал фон Клюге обратился за помощью к командующему группой армий «Центр». Но помощь не приходила — у фельдмаршала фон Бока отсутствовали резервы.
Генерал армии Жуков лично руководил развернувшимся сражением. К исходу третьих суток операции, когда северной и южной группировкам удалось преодолеть лишь четверть намеченного пути, командующий Резервным фронтом доложил в Ставку, что дела на Ельнинском выступе развиваются неплохо.
К исходу дня 5 сентября, когда острия фланговых группировок сблизились до шести-семи километров, противник под напором 19-й и 309-й стрелковых дивизий начал поспешный отход во избежание полного окружения. Первыми на улицы Ельни ворвались части той самой 19-й стрелковой дивизии генерал-майора Котельникова, которые оставили город в середине июля. Над Ельней снова взвился красный флаг.
Исторически Смоленское сражение ограничено рамками 10 июля – 10 сентября. Основанием для такой периодизации послужил переход войск группы армий «Центр» фельдмаршала фон Бока к обороне на Московском направлении. Началась спешная перегруппировка сил с других участков фронта с целью подготовки решающей операции «Тайфун» – операции по захвату Москвы. Но сам переход к обороне получился весьма условным.
Продолжалась наступательная операция войск Брянского фронта на Рославльском и Новозыбковском направлениях, начатая 30 августа. Цель операции состояла в том, чтобы ликвидировать разрыв между 13-й армией генерал-майора Городнянского и 21-й армией генерал-лейтенанта Кузнецова. Достигнуть этой цели не удалось. Контрудар 2-й танковой группы генерала Гудериана на Бахмач и Ромны 9 сентября увеличил этот разрыв до шестидесяти километров.
Утром 12 сентября командующий Брянским фронтом генерал-лейтенант Ерёменко получил директиву Ставки: «Самым срочным и решительным образом покончить с группировкой противника в районе Шостка – Глухов – Путивль – Конотоп и соединиться с войсками Юго-Западного фронта, для чего разрешается приостановить наступление на Рославльском направлении. Операцию начать 14 сентября. Желательно закончить эту операцию и полностью ликвидировать разрыв между Брянским и Юго-Западным фронтами не позднее 18 сентября».
Но события фактически развивались уже по иному, не зависящему от наших действий сценарию. Ни Брянскому, ни Юго-Западному фронтам не удалось осуществить намеченные Ставкой мероприятия. Враг значительно опережал все контршаги советского командования. Поэтому Брянский фронт не получил обещанного усиления, а Юго-Западный не смог провести намеченный на 15 сентября маршалом Тимошенко контрудар против 2-й танковой группы генерала Гудериана. В это же время 1-я танковая группа генерала фон Клейста беспрепятственно продвигалась в избранном направлении на Лохвицу.
Отработанный порядок ежедневных итоговых докладов за день начальника Генштаба о развитии ситуации на всех фронтах не позволял упускать из вида даже несущественные моменты. 16 сентября Верховный переговорил с командующими 22-й и 29-й армиями генералами Юшкевичем и Масленниковым, предупредил их о нарастающей опасности. Самое благоприятное впечатление на Сталина произвёл доклад нового командующего 16-й армией генерал-майора Рокоссовского. Он сообщил, что по опыту июльских и августовских боёв на Ярцевском рубеже хорошо понимает значение автострады Минск – Москва, для прорыва по которой противник наверняка бросит отборные силы. Эти обстоятельства учтены командующим армейской артиллерией генералом Казаковым. А вот для прикрытия стыков с 19-й и 20-й армиями артиллерии действительно не хватает. Генерал-майор Рокоссовский попросил Верховного выделить его армии дополнительно хотя бы один дивизион «эрэсов». Сталин пообещал выполнить эту просьбу командарма 16-й.
Пополудни 27 сентября все армейские штабы Западного направления получили директиву Ставки, которая обязывала военные советы Западного, Резервного и Брянского фронтов мобилизовать все наличные ресурсы для инженерного оборудования местности. На основании этой же директивы предпринимались энергичные меры по эшелонированию обороны на Московском направлении. Основу её составляли Вяземская и Можайская линии. На подступах к Волоколамску, Можайску, Малоярославцу и Калуге срочно оборудовались полевые укреплённые районы. Но завершить это масштабное строительство до начала операции «Тайфун» нашим войскам не удалось.
За три с небольшим недели командованию вермахта удалось сколотить мощную ударную группировку, которые насчитывали 75 дивизий, в том числе 14 танковых и 8 моторизованных, что составляло почти 40 процентов пехотных и 64 процента танковых и моторизованных дивизий, действующих на Восточном фронте. Эту наземную армаду поддерживал 2-й воздушный флот. Всего в группе армий «Центр» насчитывалось 1,8 млн. солдат и офицеров, 1700 танков, 1400 самолётов, свыше 14 тысяч орудий и миномётов. Наши Западный, Резервный и Брянский фронты имели 1250 тысяч человек, 990 танков, 680 самолётов, 7600 орудий и миномётов.
Совершенно очевидно, что эта грандиозная перегруппировка сил всецело вписывалась в рамки Смоленского сражения, поскольку производилась в форме неизбежного восполнения потерь группы армий «Центр», действующей на Московском направлении. Лишь переход в наступление 30 сентября 2-й танковой группы генерала Гудериана из района Шостки – Глухова на Мценск – Тулу – Москву качественно изменил цели и задачи противоборствующих войск.
Подобная корректировка позволяет ещё рельефнее высветить значение «Смоленской Одиссеи», предопределившей крах «Блицкрига» и неизбежный переход к длительной манёвренной борьбе на истощение. Не будь почти трёхмесячной задержки на Ярцевском рубеже, на реке Вопь, и изнурительного сражения в районе Ельни, защитникам Москвы пришлось бы во сто крат тяжелее.

Опубликовано в «СГ» 22 сентября 2011 г. №105 (833)
Новости по теме
06 июля 2011 5867
10 июля 1941 года началось Смоленское сражение – одно из крупных сражений начального периода Великой Отечественной войны. Эта битва представляла собой комплекс оборонительных и наступательных операций войск Западного, Резервного, Центрального и Брянского фронтов, проведённых 10 июля – 10 сентября на западном направлении с целью не допустить прорыва немецких войск к Москве.
Сентябрь 41-го. Ельня. Первая победа
20 сентября 2011 6241
Словно в глубоком сне приходило к маршалу Тимошенко осознание причин почти полуторамесячных неудач советских войск. В ночь на 1 августа он с горечью констатировал про себя: «Наша довоенная доктрина предусматривала только наступательные действия Красной Армии и ведение войны, если она случится, на территории вероятного противника. Но враг оказался более готовым к войне, более мобильным. Приходится отступать и обороняться на своей земле. Выходит, будущие события на войне предусмотреть невозможно».
21 февраля 2012 990
Алексинской средней общеобразовательной школе Дорогобужского района Смоленской области присвоено имя Константина Ивановича Ракутина, передаёт наш корреспондент
Подвигу героев-десантников – 70 лет
18 января 2012 10254
В селе Желанья Угранского района состоялось открытие памятника воинам-десантникам 4-го воздушно-десантного корпуса и партизанам этого района. Грандиозное контрнаступление Красной Армии от Москвы в начале 1942 года продолжало набирать темпы. 7 января Ставка Верховного Главнокомандования уточнила задачи войскам Калининского и Западного фронтов. Калининский фронт силами до пятнадцати стрелковых дивизий при поддержке 11-го кавалерийского корпуса и отдельных танковых частей должен был наступать на Сычёвку и Вязьму с задачей перерезать коммуникации 3-й танковой и 9-й армий противника севернее автомагистрали Москва – Минск.
21 сентября 2011 7547
Михаил Фёдорович Лукин – легендарный генерал, командарм 16-й, 19-й и 20-й армий. Вспомним о нём в дни очередной годовщины освобождения города-героя Смоленска… К середине дня 7 октября, когда факт окружения основных сил Западного и Резервного фронтов в районе Вязьмы стал очевидным и для генерал-полковника Конева, военный совет фронта своим решением подчинил все блокированные войска генерал-лейтенанту Лукину. Организовать их прорыв и вывод из окружения оказалось нелегко.
Вяземский рубеж. Враг остановлен, но… Часть 2
14 сентября 2011 2076
– У нас большое горе... К нам пришла большая беда, – услышал Голованов тихий голос Сталина. – Прорывом под Вязьмой немец завершил окружение главных сил Западного и Резервного фронтов. В окружение попала и группа генерала Болдина. Помедлив некоторое время Сталин тем же убитым голосом продолжил свой жуткий монолог:– Теперь Москву защищать некому и нечем... Что теперь делать?.. Что теперь делать?..Бесстрастно, скорее для себя повторив последнюю фразу, Сталин поднял глаза на Голованова, словно тот в состоянии был ответить на его «ужасные вопросы». Никогда прежде, даже при капитуляции войск Юго-Западного фронта под Киевом, Голованов не видел Верховного столь несчастным и растерянным...
"));